Элементарные истории

Где-то в начале лета промелькнула реклама о конкурсе эссе, проводимом Asus и Intel “What Do You Think About Future?” Условия были открытыми до невозможности. Не были обозначены ни конкретная тема, ни технические требования. Вот так: «что я думаю о будущем?». Нетбук мне хотелось, да и желание расписаться тоже было. Сел и за пару вечеров накатал «эссе». Получилось оно не сколько о будущем, сколько об экстраполированном на будущее прошлым. Тем самым в очередной раз оказалась проиллюстрированной мысль о том, что прошлое уже не вернуть, будущее неизвестно, а стало быть, единственно важное для человека состояние — его настоящее.
Короче: дело к ночи. Устроителям все это показалось мутью, их, как оказалось, интересовали исключительно железки (в смысле, какие скоро надо планировать изобрести и выгодно продать пиплам). Долго правили сайт (там сроки все прошли давно), а сейчас их прожект и вовсе заглох.
А рассказик я предлагаю вниманию читателей. Терпения вам! Замечания, предложения и оскорбления будут с интересом восприняты автором….


Доживем до понедельника. Встретимся в Интернете

Звонок, верней мелодия, коммуникатора, разбудила его ровно в семь утра. Откинув одеяло, он, не открывая глаз, протянул руку к коммуникатору. «Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?» Понедельник, тринадцатое… Тяжелая предстоит неделька… Ну, ладно, попрыгали!
Сидя за завтраком, он еще раз пробежал глазами экран субноута, стоящего на соседнем табурете. Что там у нас? Новости? Таак… Нормально все в стране и мире! Ну, это пока: неделя-то впереди… Погода? Обещают тепло и без дождя… Отлично! А что у нас в почте? Рецензия коллеги на вышедшую статью, письмо с просьбой подготовить отзыв на диссертацию… Ладно, вечером займемся… Тэк-с… Две дюжины писем с контрольными работами студентов. Молодцы! Успели, как и договаривались на прошлой неделе, когда он каждый день отвечал на их умные и не очень вопросы в разных чатах. А в корзине для спама? Как обычно, три сотни за ночь! О, прекрасная новость: в рассылке новостей одного очень известного научного журнала (втайне он видел себя его автором): пришла долгожданная обзорная статья датского коллеги.
Прошедшая неделя удалась: к выходным он сильно устал, но усталость эта была не выматывающей душу, а такой, какая бывает у человека, закончившего большую, важную работу и довольного ей. Выходные тоже получились: приехал сын-студент, учащийся в другом городе, они славно погуляли, наговорились, а вечером от души наигрались в старую стрелялку по домашней сети.
И вдруг он поймал себя на мысли, что он, совсем нестарый еще человек, хорошо помнит свое утро во времена, когда всего этого просто не было. Ни ноутбуков, ни коммуникаторов, ни Интернета, ни рассылок, ни разговоров в чатах! Ничего того, что кажется естественным и разумеющимся для его учеников!
Тогда он, совсем молодой преподаватель университета, который тогда назывался педагогическим институтом, собирался на занятия. Так же закипал чайник, пахло яичницей и поджаренным хлебом, в углу радиоточка бормотала что-то о переломном моменте развития страны. Развернул газету, вчерашнюю, конечно. Газеты в город, совсем не далекий от столицы, добирались ближе к вечеру, так что многие горячие новости имели позавчерашнюю дату. Впрочем, в то время репортажи про успехи комбайнеров под руководством Старой Партии уже успели закончиться, а до успехов сборщиков автозавода под водительством Нынешней Партии было еще далеко. Поэтому газетные новости были такого свойства, что никто бы не расстроился, если срок их прибытия отстал еще на пару недель.
В газете в рубрике «Новости из-за рубежа» писали о переносной ЭВМ со смешным названием «ноутбук» (впрочем, вспомнил он, ЭВМ уже почти не говорили; в моду входило новое сочетание: «ПиСи» – персональный компьютер, причем очень следили за тем, как выговаривалась последняя гласная; продвинутые произносили жестко «э», а неофитов отличало мягкое «е»). Нелепым казалось сочетание названия с указанным весом – то ли шесть, то ли семь килограммов. Про цену газета не писала, чтобы от новостей не оставалось совсем уж гнусного впечатления. Но он прекрасно понимал, что за эту «записную книжку» ему надо отдать свою ассистентскую зарплату на пятилетку вперед.
Вчера он почти целый день провел в библиотеке, просматривая журналы и бюллетени. Сказать, что нашел, что искал, нельзя: выписывал краткие сведения в стопку принесенных с собой бумажных карточек и откладывал про запас. Такое часто случалось в утомительном копании в сотнях страниц текстов на разных языках. Вечер прошел в подготовке контрольной работы для студентов: почерк у него всегда был неважный, к тому же пожилая лаборантка печатала на пишущей машинке, своей ровеснице, с огромным количеством ошибок, поэтому приходилось тщательно проверять текст несколько раз, замазывая опечатки белым клеем ПВА.
Когда на кафедре появился единственный компьютер, он уже многое знал и умел (так он тогда думал). С той далекой поры все статьи, конспекты лекций, иллюстрации, контрольные стали сначала появляться на экране прежде бумаги. Поэтому «педагогическая копилка» была уже тогда о-го-го какая!
Как многое переменилось за не такой уж большой срок – каких-то двадцать лет! – думал он, быстро шагая в сторону университета. Да, что двадцать! И пары лет не прошло, как выдавшие виды тетрадки начали уступать место на парте ноутбукам всех размеров и расцветок.
Они появились как-то неожиданно пару лет назад: ушел на каникулы один курс, а в сентябре новый пришел уже обвешанный модными сумками, внутри которых скрывались «переносные ЭВМ». Кажется, в тот год случилось совсем редкое сочетание «достойный товар за небольшие деньги»: в семьях появились свободные средства, которые счастливо встретились в магазинах с миниатюрными созданиями, буквально взорвавших тогда компьютерный рынок.
Сами владельцы не знали, что с ними делать: машинки были принесены не сколько для дела, сколько для смотрин. Не знал, что делать, и он сам. Но у жизни нет смысла, который можно было бы открыть: она имеет тот смысл, который мы придаем ей. Тогда он взял за правило: перед началом лекции скинуть всем желающим подробный конспект, а после – комплект слайдов. Лекции стали превращаться из диктовки с репликами «Помедленней, я записываю!» в некий симбиоз обсуждения полученных материалов и разбора наиболее сложных, а потому самых интересных разделов. Коллеги недоумевали: «Чем же ты занимаешь студентов, если они почти ничего не записывают?» Он дерзко отвечал: «Разве я работаю чтецом-бубнильщиком?» Бубнильщики понимали все правильно и уходили, не прощаясь.
Вначале твердая почва ушла из-под ног, словно все разом шагнули на борт отходящего от пирса корабля. Студенты вдруг стали осознавать, что мир информации не ограничен конспектами лекций.
Нельзя сказать, что всех это обрадовало: многих вполне устраивала ситуация, когда препод выступал основным (а иногда и единственным) источником знаний. Ему тоже было не просто сойти с пьедестала, на который его поставила эдукатороцентричная модель традиционного образования. Он прекрасно понимал, почему настойчивый стук в дверь новых образовательных технологий вызывает чувство психологического неудобства, и даже неприятие у его коллег. Зачем что-то менять, если и так все ничего?
Он даже пытался заменить курсовые работы и рефераты, которые усилиями целого поколения лоботрясов (не только студенческого, но и преподавательского племени) стремительно превращаются в абсурд. Ему казалось, что надо лишь сделать одно усилие, чтобы сделать этот труд полезным и осмысленным. Он придумал своим студентам прекрасное занятие: требовалось создать новую статью в Википедии. Ах, какая это была прекрасная идея! Во-первых, студенческая работа не пропадет зря, а принесет пользу человечеству. Во-вторых, качество выполненной работы будет объективно оценено тысячами других пользователей. Наконец, студенты будут вовлечены в реальный процесс созидания нового знания. Правда, первый же опыт показал, что прекрасная гипотеза оказалась разрушенной низкими фактами: статьи почти всех новоявленных авторов никуда не годились! Эти мальчики и девочки прекрасно умели пользоваться своими компьютерами и «сёрфить» по сайтам, но их еще не научили находить зерна знаний среди информационных плевел, отделять главное от второстепенного, наконец, они не могли соблюсти требуемый стиль и язык изложения.
Вот уже впереди показалась центральная площадь города, в котором вот уже много веков неспешно течет жизнь. Еще не более пяти минут – и за зеленью прибрежных лип откроется серо-голубая гладь Волги. Он другой, а река – все та же, с бегущими по глади облаками, бескрайняя и величественная. Крутая лестница уведет его от суетного рынка на берег, к аудиториям университета.
Может легкость доступа к информации убивает интерес к обучению? Появились сетевые сервисы, способные не только решать математические задачи, сформулированные на естественном языке, но и обосновывать ход решения, попутно выдавая сопутствующую информацию. Вся самостоятельная работа ушлым учеником может быть сведена к переписыванию решений, выданных чудо-машиной. Тут впору хватится за голову, по очередному поводу причитая «Куда катится мир?». А ведь можно представить себе как пять веков назад кто-то возмущался появлением печатной книги!
«Интернет открывает доступ к информации в научных центрах мира, библиотеках, что создает реальные условия для самообразования, расширения кругозора, повышения квалификации. Появляется возможность организации совместных проектов учащихся разных стран мира, обмена опытом учителями, студентами, учеными. Именно поэтому мы считаем необходимым обратиться к средствам, которые могут обеспечить наиболее полную реализацию этих возможностей, раздвинуть стены классных помещений, открыть выход в широкий мир познания».
Эти слова были написаны им восемь лет назад. Воистину: «в этом мире существуют лишь две трагедии: первая – когда не добиваешься того, чего хочешь, вторая – когда добиваешься». Тут, пожалуй, трагедия номер раз. Что ж честные ошибки энтузиастов не должны порицаться… За прошедшие годы менялся облик информационных технологий в образовании: от тестов к моделированию, от моделирования – к электронным учебникам, от них – к Его Величеству Интернету.
«Да, уж, воды утекло и дров наломали немало… А так ли много наломали, и вообще, можно ли было обойтись без этого?» У него не было готового ответа на эти вопросы. Он лишь был уверен, что образование находится на пороге своего самого серьезного со времен Яна Амоса Коменского перерождения, связанного с изменением модели получения знаний.
Умение работать с информацией, выработанное проектное мышление, навыки работы в команде, – таковы потребности новой экономики. Важен не объем знаний, а способность их усваивать, привитая потребность учиться – вот что надо иметь по окончании учебного заведения.
Информационное изобилие Интернета, — это не только благо, но и большая проблема, — избыточная информация «захлестывает» молодого человека. Это что-то сродни «попытке напиться из пожарного шланга». Есть возможность посмотреть все шахматные партии за последние сто лет, но количество гроссмейстеров это не увеличивает! Можно носить энциклопедию в своем коммуникаторе, но числа умных и порядочных людей это не увеличивает. В наше время доступ к информации упростился, но это не помогает их превращению в знания. А ведь это и есть извечное предназначение учителя: организовать превращение протознания в знание настоящее!
А вот интересно, что все-таки главнее: наши раскручивающиеся подобно маховику потребности, формирующие запрос на новые технологии, или же это технологии меняют облик нашего мира, увлекая за собой, а порой и порабощая в стремлении к бесконечному компьютерному совершенству?
Это вопрос из категории «курица или яйцо». Но надо искать на него ответ: ведь должна же быть у этого бесконечного процесса первичная движущая сила! Любая технология вначале приносит потрясающие результаты, и кажется, вот-вот мы найдем место для своего рычага, которым свернем Землю. Шатание и уныние быстро приходят на смену, когда становятся понятны допущенные ошибки, а наши единомышленники смотрят в пол, а не в глаза, как раньше… Все закономерно: мы всесторонне познаём явление, наши возможности и ограничения, что неминуемо приведет либо к рутинному использованию этой технологии, либо (увы! но логика прогресса неумолима) к ее отмиранию вследствие того, что иная технология окажется более жизнеспособной. Во всяком случае, у него не было сомнений относительно того, что современное образование накрепко связано с информационными технологиями.
Он сам не заметил, как подошел к старинному зданию своего университета… Войдя в заполненную аудиторию, в которой тут же стих многоголосый шум, он раскрыл ноутбук, включил проектор и внимательно посмотрел на своих студентов. «Доброе утро! Начнем нашу работу! Сегодня я хотел бы обсудить с вами удивительно интересную и важную тему…»

Вместо послесловия
Автор думал, что напишет статью о том, «как техника будущего меняет нашу жизнь». Но оказалось, что Козьма Прутков абсолютно был прав, утверждая «настоящее есть следствие прошедшего, а потому непрестанно обращай взор свой на зады, чем сбережешь себя от знатных ошибок».
Вот и получились такие рассуждения вслух о прошлом, настоящем и будущем. Не надо искать в них особенной логики и глубины мысли (автор надеется, что это есть в его научных трудах). Получился маленький сколок того, о чем думают тысячи людей: вузовские преподаватели, учителя, студенты, ученые, родители… Это вопросы, которые мы пытаемся задавать другу другу… Часто это вопросы без ответов, а иногда «свалившиеся с неба ответы на вопросы, которые мы еще не умеем задать». Поэтому и образ автора – собирательный, хотя многое имеет к пишущему эти строки непосредственное отношение.
Вот, кажется, и все. Ну, и последнее: замечания, предложения и оскорбления будут с интересом восприняты автором….

В этот день…

• 2009: Разверзлись хляби небесные… — Сегодня около пяти вечера на Костромой открыли небесные окна (хляби). Эффект превзошел самые смелые ожидания: сильнейший ливень “стеной”, град, потоки [...]
• 2009: Кострома онлайн — На здании городской администрации поставили веб-камеру, смотрящую на Сусанинскую площадь (Сковородку, по-народному). По центру – пожарная каланча, правее – здание [...]

Интересная статья? Поделитесь ею, пожалуйста, с другими: